Анатолий Стожаров. Олений край  

 

Олень был везде.

По приезду в Салехард я видел его на резных наличниках ОДКНС (Окружной Дома культуры народов Севера), в радужном шитье национальных одежд ненцев, ханты и коми, в краеведческом музее, наконец.

Атрибут. Фирменный знак. И не более того.

В декабре 69 года подхожу к магазину «Тройник» на втором отделении. Вечер уже, народ затаривается. И вдруг возникает из морозного воздуха парящая в вечерней синеве нарта и, сделав круг, останавливается у крыльца.

И, не соскакивает как с телеги, а как бы отделяется от упряжки ненец и идет в магазин. Не спеша, выкладывает на прилавок сотенный билет, я их и видел то пару раз и то у кавказцев, так и называлось — «грузинский рубль».

И начинается процесс — десять буханок хлеба… мешок «сушки»… сахар…

Деньга терпит? Терпит…

Чайник медный (продавали тогда такие здоровенные пятилитровые… медь миллиметра три, наверное… до сих пор жалею, что не купил)… Сгущенка  десять банок…

Деньга терпит? Терпит

Спирт питьевой (как сейчас помню — шесть рублей пятьдесят четыре копейки)…

Деньга уже не терпит… парень складывает все это хозяйство в мешок и идет к нарте. А красавец — высокий, что редко у ненцев, капюшон малицы (верхняя одежда из двух шкур) откинут, черные волосы сразу покрылись инеем.

И с гортанным криком хозяин тундры исчезает в ночи.

И он знает, что если ударит мороз, заметет пурга, он уложит нарту полозьями на ветер и ляжет между тремя оленями, в кисах и малице, в тобоках и гусе и будет ждать. И доедет. Хозяин тундры не может в ней пропасть.

Север территория суверенная. Он проникает в тебя постепенно, не спеша, раздумывая: а стоит ли? А ты встраиваешься в него, принимая правила игры… и не замечаешь, что ты уже другой.

И вот уже «ненеце юру» Саша Анагуричи учит меня ставить петли на куропаток, Паша Нядонги рассказывает о таинственной реке Тадибе-Яха, а внук шамана Иван Кылалович Ядне подробно показывает падение с нарты с уздечкой в руке: когда ты падаешь, делаешь кувырок и встаешь на ноги, сохраняя управление нартой.

И ты уже лежишь в чуме, покрытом нюками из шкуры оленя на оленьей малице, смотришь в «макудаси», видишь вечернюю звезду и понимаешь природное единство человека и оленя.

Олень — это подарок Природы, по-моему, последний на нашем веку.

Давным-давно великий Арсений Тарковский писал:

 

Меж нами есть родство. Меж нами нет родства.

И если я твержу деревьям сумасшедшим,

Что у меня в росе по локоть рукава,

То, кроме стона, им уже ответить нечем.

Примечания автора:

Малица — верхняя одежда с капюшоном , сшитая из оленьих шкур мехом внутрь, поверх малицы надевается рубашка из грубой ткани, вельвета. В мороз поверх малицы надевается гусь или сокуй, сшитый мехом наружу.
Кисы — традиционная обувь народов Севера, меховые сапоги. В мороз поверх кисов надеваются тобоки, шьются из грубой шерсти взрослого оленя.
Макудаси — отверстие вверху чума, где сходятся шесты, служит в основном для выхода дыма костра или через макудаси выводится труба печки.
Ненеце юру (нен.) — ненецкий друг
Луце юру (нен.) — русский дру

 

Об авторе: Анатолий Валентинович Стожаров — социолог, педагог, журналист. Учредитель и директор научно-исследовательского центра «Горизонт-М». С 1969 года живет и работает на Крайнем Севере России.

Анатолий Стожаров на презентации своей книги «Ностальгия по северам»